Алексей Толстой

Алексей Толстой
              Курган

В степи, на равнине открытой,
Курган одинокий стоит;
Под ним богатырь знаменитый
В минувшие веки зарыт.


В честь витязя тризну свершали,
Дружина дралася три дня,
Жрецы ему разом заклали
Всех жен и любимца коня.


Когда же его схоронили
И шум на могиле затих,
Певцы ему славу сулили,
На гуслях гремя золотых.


«О витязь, делами твоими
Гордится великий народ!
Твое громоносное имя
Столетия все перейдет!


И если курган твой высокий
Сровнялся бы с полем пустым,
То слава, разлившись далеко,
Была бы курганом твоим!»


И вот миновалися годы,
Столетия вслед протекли,
Народы сменили народы,
Лицо изменилось земли;


Курган же с высокой главою,
Где витязь могучий зарыт,
Еще не сровнялся с землею,
По-прежнему гордо стоит;


А витязя славное имя
До наших времен не дошло.
Кто был он? Венцами какими
Свое он украсил чело?


Чью кровь проливал он рекою?
Какие он жег города?
И смерью погиб он какою?
И в землю опущен когда?


Безмолвен курган одинокий,
Наездник державный забыт,
И тризны в пустыне широкой
Никто уж ему не свершит.


Лишь мимо кургана мелькает
Сайгак, через поле скача,
Иль вдруг на него налетает,
Крилами треща, саранча;


Порой журавлиная стая,
Окончив подоблачный путь,
К кургану шумит подлетая,
Садится на нем отдохнуть;


Тушканчик порою проскачет
По нем при мерцании дня,
Иль всадник высоко маячит
На нем удалого коня;


А слезы прольют разве тучи,
Над степью плывя в небесах,
Да ветер лишь свеет летучий
С кургана забытого прах.
              
Когда же на западе дальний,
Бледнея, скрывается день,
Сидит на кургане печально
Забытого витязя тень,


Сидит и вздыхает глубоко:
«Где слава, где слава моя?
Минувшие веки далеко,
Отторгнут от прошлого я!


О жизни своей вспомяну ли?
Всё было иначе тогда!
Певцы, вы меня обманули,
Венцов моих нет и следа!


И если бы знал я, как скоро,
Как скоро увянут они,
Далеко от брани и спора
Я прожил бы мирные дни!»


Так думает витязь, вздыхая,
На темном кургане сидит,
Доколе заря золотая
Пустынную степь озарит;


Тогда он обратно уходит,
В подземный уходит он дом,
А ветер по-прежнему бродит,
И грустно и пусто кругом.


Примечание: в окончательной авторской редакции последние шесть строф отсутствуют. Стихотворение публиковалось также без четвёртой дополнительной строфы, то есть с пятью дополнительными строфами.
1840-е


Тропарь ( отрывок из поэмы "Иоанн Дамаскин" )

...Какая сладость в жизни сей
Земной печали непричастна ?
Чье ожиданье не напрасно,
И где счастливый меж людей ?
 

Все то привратно, все ничтожно,
Что мы с трудом приобрели, -
Какая слава на земли
Стоит тверда и непреложна ?


Все пепел, призрак, тень и дым,
Исчезнет все, как вихорь пыльный,
И перед смертью мы стоим
И безоружны и бессильны.


Рука могучего слаба,
Ничтожны царские веленья,-
Прими усопшего раба,
Господь в блаженные селенья !
 

Как ярый витязь смерть нашла,
Меня, как хищник, низложила,
Свой зев разинула могила
И все житейское взяла.


Спасайтесь, сродники и чада,
Из гроба к вам взываю я,
Спасайтесь, братья и друзья,
Да не узрите пламень ада !


Вся жизнь есть царство суеты,
И, дуновенье смерти чуя,
Мы увядаем, как цветы, -
Почто же мы мятемся всуе ?
 

Престолы наши суть гроба,
Чертоги наши - разрушенье, -
Прими усопшего раба,
Господь в блаженные селенья !


Средь груды тлеющих костей
Кто царь, кто раб, судья иль воин ?
Кто царства Божия достоин
И кто отверженный злодей ?
 
О братья, где сребро и злато,
Где сонмы многие рабов ?
Среди неведомых гробов
Кто есть убогий, кто богатый ?
 
Все пепел, дым и пыль и прах,
Все призрак, тень и привиденье -
Лишь у Тебя на небесах,
Господь и пристань и спасенье !


Исчезнет все, что было плоть,
Величье наше будет тленье, -
Прими усопшего, Господь,
В Твои блаженные селенья !
 

И Ты, Предстательница всем,
И Ты, Заступница скорбящим,
К Тебе о брате, здесь лежащем,
К Тебе, Святая, вопием !


Моли Божественного Сына,
Его, Пречистая, моли,
Дабы отживший на земли
Оставил здесь свои кручины !


Все пепел, прах, и дым, и тень,
О, други, призраку не верьте !
Когда дохнет в нежданный день
Дыханье тлительное смерти,


Мы все поляжем, как хлеба,
Серпом подрезанные в нивах, -
Прими усопшего раба,
Господь, в селениях счастливых !


Иду в незнаемый я путь,
Иду меж страха и надежды;
Мой взор угас, остыла грудь,
Не внемлет слух, сомкнуты вежды;
 
Лежу безгласен, недвижим,
Не слышу братского рыданья,
И от кадила синий дым
Не мне струит благоуханье;


Но вечным сном пока я сплю,
Моя любовь не умирает,
И ею, братья, вас молю,
Да каждый к Господу взывает:
 

Господь ! В тот день, когда труба
Вострубит мира преставленье, -
Прими усопшего раба
В Твои блаженные селенья ! ...

перейти по ссылке ретро провод купить в москве